Хорхе Ибаррола: обращаясь в трибунал, мы ссылаемся, в частности, на дело аргентинского теннисиста Гильермо Каньяса

Сегодня, 10 декабря, российские биатлонистки Екатерина Юрьева и Альбина Ахатова заявили намерение оспорить решение Спортивного арбитражного суда в Лозанне (CAS) о своей двухлетней дисквалификации – в Швейцарском федеральном трибунале. О мотивах очередной апелляции Агентству спортивной информации «Весь спорт» рассказал адвокат российских спортсменок, партнер швейцарской юридической фирмы Libra Law Хорхе Ибаррола.

- Мистер Ибаррола, апеллировать в Швейцарский федеральный трибунал на решение CAS возможно в очень ограниченном числе случаев. На что конкретно подаете апелляцию вы?
- Две российские спортсменки приняли решение о подаче апелляции на основании нарушения установленной процедуры. Конкретнее, я имею в виду нарушение их права быть выслушанными. Существует ряд вопросов, которые никак не были отмечены в финальном вердикте CAS. Иными словами, мы привели аргументы, а CAS никак их не оценил. Непосредственно на слушаниях все прошло хорошо: нам и спортсменкам была предоставлена возможность говорить, давать свидетельские показания, в письменной и устной форме. Проблема в том, что некоторые моменты, которые мы считаем очень важными, не были даже упомянуты в решении CAS. И здесь мы считаем, что право спортсменок быть выслушанными было нарушено. Обращаясь в Швейцарский федеральный трибунал, мы ссылаемся на ряд прецедентов, в частности, на дело аргентинского теннисиста Гильермо Каньяса, в отношении которого трибунал принял положительное решение.

- Какие именно ваши аргументы проигнорировал CAS?
- Это моменты, связанные с применением различных стандартов для лабораторий. Мы считаем, что в соответствие с юридическими принципами, должны применяться одни правила, а CAS решил применить другие, менее благоприятные для спортсменок. Мы считаем, что ряд наших доводов по вопросу применения тех или иных правил вообще не обсуждается в итоговом вердикте панели арбитров. Еще один наш довод - панель нарушила принцип швейцарского и международного законодательства, не применив правила, наиболее благоприятные по отношению к спортсменкам. В итоге, результаты анализов были признаны действительными, и CAS вынес соответствующее решение. Однако по нашему мнению, в этом деле должны были применяться другие правила.

- Кто конкретно принял решение об апелляции - вы или спортсменки?
- Решение подавать или нет апелляцию всегда принимает клиент, а не адвокат. Во всяком случае, наша фирма работает именно по такому принципу. Мы обсудили дело и пришли к выводу, что нужно бороться дальше. И могу сказать вам точно: если бы мы не видели никаких шансов на положительное решение, мы бы не взялись за это дело и не советовали бы подавать апелляцию. Но если реально есть аргументы, позволяющие рассчитывать на положительный исход, я считаю, надо их отстаивать.

- На днях Швейцарский федеральный трибунал вынес решение в пользу немецкой конькобежки Клаудии Пехштайн, разрешив выступать, несмотря на дисквалификацию. Это как-то повлияло на ваше намерение подавать апелляцию?
- Подчеркну, трибунал вынес только предварительное решение, позволив Пехштайн выступить на одном-единственном старте. Мы не знаем, каким будет его окончательный вердикт. Хотя, конечно, это постановление удивило. Но наши два дела нельзя сравнивать - они совершенно разные, мы опираемся только на наш собственный опыт. В прошлом году наша фирма выиграла дело в Швейцарском федеральном трибунале, касающееся агентского договора, и там также шла речь о нарушении права быть выслушанным.

- Как долго может длиться рассмотрение дела в трибунале? У россиянок сохраняется шанс выступить на Олимпиаде в Ванкувере?
- Это очень сложный вопрос. После того, как подаются документы, слушаний как таковых в трибунале не будет. Он просто через какой-то срок вынесет решение. Как правило, на это требуется достаточно длительный срок - до шести месяцев. Может быть, это будет четыре или пять месяцев. А может, если трибунал прислушается к нашим доводам, и меньше. Но гарантировать, что спортсменки успеют до Олимпиады, невозможно. Тут сложно предугадать, как будут развиваться события.