Александра Трусова: если я сказала, что хочу – я делаю

Сегодня, 11 марта, в Софии (Болгария) завершилось юниорское первенство мира по фигурному катанию. В соревнованиях девушек уверенную победу одержала 13-летняя россиянка Александра Трусова (на фото), в произвольной программе исполнившая два четверных прыжка. О своей победе, четверных прыжках и стремлении быть первой Александра Трусова рассказала пресс-службе Федерации фигурного катания на коньках России. Агентство «Весь спорт» цитирует.

- Саша, что испытываешь сейчас?
- Очень рада, что выиграла юниорский чемпионат мира. Рада, что прыгнула два четверных в программе. Я готовилась и сделала это. Но я еще не до конца осознала, что произошло. Слишком мало времени прошло. До конца не верится!

- Перед награждением ты говорила по телефону со своим тренером Этери Георгиевной Тутберидзе?
- Нет. Тогда. мне с ней поговорить не удалось. Звонили руководители федерации, они были счастливы за нас. А первыми поздравили наши тренеры Даниил Маркович Глейхенгауз и Сергей Викторович Дудаков. Они вместе с нами находились в Софии. Спасибо всей нашей команде и Этери Георгиевне.

- Во время церемонии награждения ты была с распущенными волосами, поразила всех.
- Я с рождения волосы не стригла, мне только кончики равняли, поэтому такие длинные. А потом увидела мультик про «Рапунцель» – и захотела быть похожей на нее.

- Можешь рассказать о своих ощущениях во время прокатов короткой и произвольной программ?
- Я просто хотела откататься чисто, показать всё, что могу. И, вроде бы, это получилось.

- Что ты чувствовала, когда в произвольной программе прыгнула сначала четверной сальхов, а потом – четверной тулуп?
- Я обрадовалась, что четверные получились. Но знала, что дальше у меня ещё два сложных каскада, впереди вся программа, поэтому собралась и доделала все, что нужно.

- Все говорят о твоих четверных, в интернете везде видео с твоей программой. Но ты выглядишь совершенно спокойной.
- Да. Я старалась на тренировках. На тренировках прыжки получались чисто, и случалось, даже лучше, чем на чемпионате мира. Но это соревнования, поэтому здесь четверные были не такие хорошие, как хотелось бы.

- Четверной сальхов получился просто шикарный.

- Тоже можно было лучше. Сальхов – да. Но четверной тулуп точно можно было сделать лучше.

- Когда ты начала учить четверные прыжки?
- Я начинала учить аксель в три с половиной оборота. В первый раз попробовала его давно, когда мне было лет 10, у другого тренера. Но тогда он не получился. Потом я перешла к Этери Георгиевне Тутберидзе. Полгода покаталась – и мы попробовали снова тройной аксель. Он не пошел. Тогда переключились на четверной сальхов. Его я прыгнула в апреле прошлого года. Четверной тулуп начала учить после юниорского финала Гран-при, в декабре.

- Тренеры предложили тебе попробовать четверной сальхов?
- Да, потому что я думала, что сначала нужно выучить тройной аксель, потом четверной сальхов… По очереди. А они сказали, что можно пробовать сразу сальхов, потому что тройной сальхов у меня очень высокий, не в длину, а в высоту.

- Прыжки учила сначала на удочке?
- Аксель часто прыгала на удочке, а сальхов не часто. Сначала четверной сальхов несколько раз на удочке попробовала, потом решила так зайти. Нормально получалось. Просто прыгала, прыгала... Штаны надевала специальные, чтобы не больно падать было. Прыгнула – первый раз получилось, второй… И пошло.

- Кажется, что все так легко и просто.
- Нет, это было долго. Соревнования заканчиваются – и в конце сезона начинаешь учить новые прыжки. Программы в это время не катаешь, и есть возможность что-то новое учить. Еще перед Новым годом время есть, можно этим заниматься.

- Во время финала Гран-при ты сказала, что хочешь, помимо сальхова, выучить еще четверной тулуп. Сказала и сделала. Тулуп легче дался?
- Сальхов и тулуп – похожи. Просто сальхов прыгаешь с ребра, а тулуп с зубца. Сальхов для меня удобнее. Но Даниил Маркович Глейхенгауз говорит, что тулуп у меня лучше.

- Ты делаешь какие-то специальные упражнения для крутки прыжков, чтобы они были такие высокие? Или это, так сказать, природные данные?
- Кручусь я вообще-то не очень быстро. У меня группировка идет за счет высоты прыжка. А прыгаю я так высоко, наверное, от природы. Но если тренировать прыжки каждый день, у любого получится. Просто надо идти, делать и не боятся. Я просто очень хотела это сделать. И не боялась пробовать. Если чего-то очень хотеть, то всего можно добиться.

- Процесс обучения четверным, наверное, такой же, как и тройным? Но когда ты падаешь с четверных, это же больнее?
- Четверной на один оборот больше, поэтому и подпрыгиваешь выше. И если с такой высоты упасть, а у меня прыжки высокие – конечно, это неприятно. Когда я падаю, все кругом отворачиваются… Но на самом деле, больно только на бедра падать. А вот как я в финале Гран-при с четверного упала – это не очень больно. Все говорили: «Ужас», а мне не было больно.

- Но ты сказала, что хочешь выучить и другие четверные прыжки?
- Да. Конечно, мне надо бы тройной аксель выучить. Четверные без тройного акселя – как-то не так. Но посмотрим. А четверной лутц мы давно хотим попробовать. Сейчас, если больше не будет соревнований, попробуем. Сначала лутц надо на удочке, но без поднятых рук. А я уже прыгаю с руками наверх. Привыкла.

- Ты сказала, что всегда хотела сделать то, что еще никто не делает. Почему?
- Чтобы быть первой в мире.

- А тебе не страшно было пробовать такие сложные прыжки?
- Нет. Четверной – это ещё один оборот. Крутишься, пока не остановишься, пока не упадешь. Это сначала. Прыгала, падала, прыгала, падала... А затем – раз, и кажется, что уже можешь выехать с прыжка. Так еще и еще. И получается.

- Что сказала твоя мама, когда ты решила попробовать четверной? Испугалась?
- Она мне не говорила об этом. Сказала только: «Ну, давай, попробуй». А что мама может сказать, если я решила? Она соглашается со мной. Все время радуется, когда я прыгаю, когда получается. Если я сказала, что хочу – я делаю. Мама не вмешивается в наши тренировочные дела.

- Что тебе говорили после произвольной программы мальчики или другие спортсмены?
- Леша Ерохов, Рома Савосин, Паша – мальчик из Белоруссии подошли, поздравили. Леша мне всегда подсказывает, как делать четверные. Он эти прыжки тоже прыгает. У него три четверных, два тройных акселя в программе. И вот когда тренеры заняты, а у нас много спортсменов, особенно, когда один тренер остается, Леша мне помогает, говорит, что делать надо.

- А мальчики, которые не прыгают еще четверные?
- Иногда хлопают, когда видят, что у меня получается. А иногда, может быть, завидуют. Не знаю, как это правильно сказать.

- Твоя техническая оценка в произвольной программе на этом чемпионате была выше, чем у девочек, которые выступали на Олимпийских играх. И если бы ты участвовала в Олимпиаде в Корее, возможно, стала бы третьей. Но есть ограничения по возрасту. Что ты думаешь по этому поводу?
- Я, конечно, хотела бы, чтобы возрастных ограничений не было. Но, с другой стороны, они должны быть. Олимпийские игры проводятся раз в четыре года, и надо, чтобы как можно больше разных спортсменов побеждали. Мне, конечно, обидно, что из-за возрастных ограничений в следующем году я не смогу выступить даже в чемпионате России. А я бы очень хотела.

- Ты выиграла все главные турниры по юниорам, в следующем году ты еще будешь выступать на юниорском уровне. Какой будет твоя мотивация?
- Хочу чаще и чище катать программы с четверными. Буду улучшать свои прокаты, чтобы было больше баллов, хочу ставить рекорды.

- А тебе было бы интересно соревноваться с мальчиками?
- Да. Но это же невозможно.

- Кстати, здесь по баллам, хотя у девочек на один прыжок меньше, ты бы могла стать второй в соревнованиях юношей.
- Но у мальчиков коэффициент другой.

- С учетом компонентов теоретически ты могла бы и выиграть.
- Думаю, что Леша Ерохов мне этого бы не простил.

- Помимо четверных, в твоих программах два сложных каскада: «флипп – риттбергер» и «лутц – риттбергер». Когда ты начала прыгать их?
- «Лутц – риттбергер» выучила в прошлом году. На первенстве России я была третьей, второй, уступая девочкам постарше. Но они прыгали каскады с тулупом, поэтому я решила выучить с риттбергером. Тогда еще Алина Загитова по юниорам выступала, она прыгала такой каскад – и я решила тоже его выучить. Учила, учила, и когда стало получаться, спросила у тренеров: можно ли его в программу вставить? Пошла и прокатала хорошо. Но прямо перед соревнованиями Этери Георгиевна меня проверила. Я вращалась, а она раз и включила музыку, я должна была программу с лутцем и риттбергером прокатать. Перед первенством России получилось.

- Фигурное катание – это не только прыжки.
- Жалко.

- Ты любишь прыжки?
- Больше всего люблю прыжки. Но если бы не было всего остального, было бы легко.

- А как другие элементы, хореография, скольжение… Тебе это нравится?
- У нас всегда перед тренировкой раскатка, в конце тренировки делаем вращения, дорожки… Мне интересно, когда программы ставят. Музыку для программ я сама не ищу. Это выбор тренеров. Я слушаю разную музыку, но я бы не хотела кататься под ту, что слушаю. Не знаю, почему. Наверное, чтобы отделить личную жизнь и фигурное катание.

- Фигурное катание для тебя – это работа, хобби?
- Сейчас, когда стала выступать на чемпионатах мира, этапах Гран-при – наверное, работа. Но мне всегда казалось, что работа – это что-то такое, куда не хочется идти. Приходить и сидеть в офисе… Скучно. А фигурное катание мне нравится. И я всегда тренируюсь с удовольствием.

- С кем ты дружишь в группе?
- Со всеми. У нас раздевалка для девочек. Там не очень много народа, но мы общаемся. Я со всеми одинаково дружу, в ровных отношениях. Но самые близкие мои друзья – моя семья. У нас семья большая. С чужими людьми мне не так комфортно, как со своими. И у меня нет недостатка в общении.

- Какие планы теперь?
- Приехать домой, прийти на тренировку – а там посмотрим.